ru:about:2015:20151110-2 [Институт химической биологии и фундаментальной медицины]
ИХБФМ СО РАН » ru » Об институте » 2015 » ru:about:2015:20151110-2



Оригинал статьи

Academ.info от 11.10.2016 г.

Ученые из Академгородка рассказали о Нобелевских премиях своих иностранных коллег



Ежегодно, после того как становятся известны имена ученых, получивших Нобелевские премии, в Сибирском отделении РАН проходит пресс-конференция. Ученые из Академгородка рассказывают о работах иностранных коллег.

Нобелевскую премию по медицине за исследование механизма аутофагии получил японский биолог Ёсинори Осуми. Ученый обнаружил фермент, который запускает механизм продления жизни. О Нобелевской премии в области медицины. Заведующий лабораторией геномной и белковой инженерии Института химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН Дмитрий Жарков, комментируя работу нобелевского лауреата, уточнил: концепция аутофагии известна со средних веков, но в наше время получила новое молекулярно-клеточное содержание. Аутофагия может помочь в лечении рака.

«Аутофагия противостоит тем видам бактериальных и вирусных инфекций, которые протекают внутри клетки. Однако аутофагия – палка о двух концах. За счет «расчистки» поврежденного внутриклеточного содержимого она помогает уничтожать раковые клетки, но в некоторых случаях может способствовать и их выживанию, например при недостатке кислорода или питания», – добавляет Жарков.

О Нобелевской премии в области физики рассказал Александр Чаплик, заведующий лабораторией Института физики полупроводников им. А. В. Ржанова СО РАН. Физики Данкан Холдейн, Дэйвид Таулесс и Джон Костерлитц получили премию за переход БКТ (Березинского – Костерлица – Таулеса). Работа нобелевских лауреатов основана на исследовании русского ученого Березинского, которые он проводил в конце ХХ века, незадолго до своей смерти. Открытие уже вошло в учебники с фамилией Березинского. «Теория фазовых переходов занимает особое место в теоретической физике, математически она очень трудна.

Любой прогресс в этой области – важное событие. Нобелевские лауреаты 2016 года сумели решить ряд важных задач. В науку введены новые понятия, сами идеи оказались очень плодотворными и вышли далеко за пределы физики конденсированных состояний, найдя применение даже в физике элементарных частиц», – говорит Александр Чаплик, заведующий лабораторией Института физики полупроводников им. А. В. Ржанова СО РАН. О Нобелевской премии в области химии. Ученые Жан-Пьер Соваж, Бернард Феринга и Джеймс Фрейзер Стоддарт получили Нобелевскую премию за открытие в области химии. «Как функционируют подобные структуры? В отдельно взятой кольцевой молекуле есть особые части, на которых можно закрепить, скажем, атом меди. Он будет центром взаимодействия всей системы.

Убирая или добавляя его, мы можем влиять на текущее состояние. Например, у модельной химической мышцы две точки разведены в одном состоянии, а если добавить стимул – частицу металла – они сойдутся. Уже есть попытки использовать это в практических целях. Если мы можем изменять состояние вещества, это позволяет создать некие элементы памяти. Видимо, в конечном итоге появятся органические компьютеры!» – рассказывает заместитель директора Института химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН по научной работе, преподаватель ФЕН НГУ доктор химических наук Дмитрий Пышный. Как отметили на пресс-конференции, у российских ученых есть несколько достойных Нобеля открытий, но пока они так и не удостоились этой премии.

«У нас есть несколько прекрасных достижений, и я считаю, что они могли бы быть тоже удостоены Нобелевской премии. Ее же иногда дают за древние работы. Последняя российская премия получена за работы 50-х годов. Это было несколько лет назад. В конце концов о них все-таки вспоминают и, возможно, дойдут и до наших работ», – размышляет Александр Чаплик, заведующий лабораторией Института физики полупроводников им. А. В. Ржанова СО РАН.





© Copyright 2019. ИХБФМ СО РАН

Яндекс.Метрика